Детали и внутренняя отделка южнорусских церквей: двери, окна, роспись стен и иконостасы

Скажем еще несколько слов о деталях и внутренней отделке южнорусских церквей. Подобно северянам, южане обращали особое внимание на входные двери, стараясь придать им, по возможности, богатый вид. Однако, большого разнообразия форм здесь не наблюдается; в самом деле, верхней части дверных пролетов придавали обыкновенно форму трапеции, вследствие чего дверные коробки (колоды) составлялись из пяти брусьев, которые покрывались более или менее богатой резьбой. Так, например, у дверей церкви Свв. Петра и Павла в городе Гадяче (Полтавской губернии) порезкой в виде плетенки украшен только внутренний обвод колоды, а на остальной ее части видна лишь врезная надпись (рис. 533). Такие надписи встречаются довольно часто и в них обыкновенно указывается, кем и когда построена церковь. Гораздо богаче украшена резьбой дверная колода, хранящаяся в Киевском музее и относящаяся к началу XVIII в. (1706 г.); ее наружная поверхность почти сплошь покрыта орнаментами, главным мотивом которых являются своеобразно трактованные ионики, перемежающиеся с рядами бус и городков (рис. 534). Однако, наравне с трапецеидальными пролетами, встречаются, хотя и гораздо реже, пролеты с прямоугольным верхом; примером такой обработки может служить дверная колода, хранящаяся в музее Полтавского земства и относящаяся, подобно предыдущей, также к XVIII в. (рис. 535); вся ее лицевая поверхность сплошь покрыта размашистыми завитками виноградных лоз, сходящихся к кругу, помещенному в середине верхнего косяка и окаймляющему двухглавого орла. Весь орнамент исполнен сильным рельефом и производит приятное впечатление композиции опытного мастера. Что же касается самого характера орнаментации этого дверного наличника, то он весь проникнут духом западного Барокко, тогда как в предыдущем примере мотивы западного орнамента перемешаны с мотивами местного народного творчества.
 
Дверные полотнища, насколько можем судить по имеющемуся в нашем распоряжении материалу, делались гладкими, из дощатыми, без какой-либо резьбы или раскраски, и все украшение их заключалось в фигурных железных схватках и петлях, подобных тем, что видны на церковных дверях села Белашки (Уманского уезда, Киевской губернии) (рис. 536). Для сравнения приводим два примера обработки дверных пролетов в церквах прикарпатских славян (рис. 537 и 538); наличники эти очень просты, а их орнаментация бедна и даже детски наивна, но зато не носит на себе следов влияния более утонченной архитектуры иноземных народов.
 
Рис. 533 - 534. Церковная дверь. По В. Щербакивскому. Детали и внутренняя отделка южнорусских церквей: двери. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский
Рис. 535 - 536. Церковная дверь. По В. Щербакивскому. Детали и внутренняя отделка южнорусских церквей: двери. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский
Рис. 533 - 538. Церковная дверь. По В. Щербакивскому
Рис. 537 - 538. Церковная дверь. По В. Щербакивскому. Детали и внутренняя отделка южнорусских церквей: двери. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский
 
Что же касается церковных окон, то их просветам придавали, по большей части, прямоугольную форму, хотя нередко можно встретить и круглые оконные просветы, но последние представляют, вероятно, менее древнюю форму, появившуюся как на нашем юге, так и в стране прикарпатских славян в эпоху влияния на их искусство архитектуры Запада. Как изнутри, так и снаружи окна существующих теперь церквей оставлены без всяких художественных обрамлений, поэтому такая обработка окна, какую мы видим на колокольне села Лисовичи (Таращевского уезда, Киевской губернии. Колокольня эта построена в конце XVII в. и теперь, кажется, уже разобрана), является исключением в настоящее время, но в прежнее время была, вероятно, не редкостью, так как по своим формам она должна быть отнесена к произведениям народного искусства, а последние никогда не бывают единичными (рис. 539).
 
Рис. 539. Церковное окно. По В. Щербакивскому. Детали и внутренняя отделка южнорусских церквей. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский Рис. 540. Церковь села Лисовичи. По В. Щербакивскому. Детали и внутренняя отделка южнорусских церквей. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский
Рис. 539. Церковное окно. По В. Щербакивскому Рис. 540. Церковь села Лисовичи. По В. Щербакивскому
 
Так как бревна стен южных храмов в большинстве случаев выравнивались изнутри под одну плоскость, то это давало возможность украшать стены росписью; однако, последняя никогда не делалась сплошной; ей придавали вид или цельных композиций, окаймленных простыми орнаментальными обрамлениями, или отдельных фигур, непосредственно выделявшихся на фоне стен, причем такие изображения размещались обыкновенно в верхних ярусах храма, а иногда даже и в его куполах. Примером такого убранства храма может служить роспись церкви в селе Лисовичи (рис. 540), у которой нижнее кольцо изображений помещено на диагональных гранях нижнего восьмерика, причем изображенные здесь евангелисты занимают эти грани целиком. На всех восьми наклонных плоскостях, образующих переход к следующему восьмерику находятся изображения ангелов, заключенные в овалы, окаймленные лиственными орнаментами. На диагональных гранях следующего восьмерика видны цельные фигуры стоящих ангелов, резко вырисовывающиеся на фоне стен; наконец, грани купола украшены крытыми головками херувимов, так же резко выступающими, как и фигуры нижних ангелов. Вся эта роспись, не только по манере самой живописи, но и по схеме размещения фигур и выбору сюжетов, отличается явным католическим характером и этим выдает свое западноевропейское происхождение, каким вообще отмечена вся южнорусская, и в особенности малороссийская иконопись. Напомним, что стены северных и центрально-русских деревянных церквей никогда не украшались священными изображениями, если не считать отдельных икон, которые либо вешались в киотах по стенам, либо ставились на особых полках; в каменных же храмах роспись была обычным явлением, но там она сплошь покрывала все стены, пилоны и своды, не оставляя пустых мест. Таким образом, роспись южных церквей не отвечает духу православных храмов и является, вероятно, явлением сравнительно поздним, а в более глубокой древности стены южнорусских храмов оставались, надо полагать, без всякой росписи.
 
Все дошедшие до нас иконостасы южнорусских церквей относятся в большинстве случаев к XVIII веку, поэтому, отпадает возможность судить о том, какой они имели вид в более древние периоды южного искусства. Существующие же памятники отличаются, по большей части, богатством, вычурностью, граничащей часто с жеманностью, склонностью к кривым линиям и стремлением вверх, то есть чертами, присущими стилям Барокко и Рококо; встречаются также и более спокойные иконостасы, относящиеся, однако, к еще более позднему стилю — к стилю Ампир.
 
Исключительной роскошью отличается иконостас Покровской церкви в Полтаве.
 
Он исполнен в стиле Рококо с тем, почти неуловимым в деталях, но ясным в целом, местным оттенком, которым отличаются подобные южнорусские произведения второй половины XVIII столетия. Четыре яруса иконостаса поднимаются на значительную высоту, так что детали верхнего из них, увенчанного дивно вырезанной фигурой Бога-Отца, возлежащего на облаках, едва различаемы снизу. Ниже изображения Бога-Отца помещены не менее художественно исполненные фигуры ангелов, также сидящих на облаках (рис. 541 и 542). Эти три фигуры и облака с величайшим мастерством и вкусом вплетены в причудливую орнаментацию рам икон, которая, спускаясь вниз, сливается в одно гармоничное целое с пилястрами средних ярусов и витыми колонками нижнего. В третьем ярусе прежде также были резные фигуры двух первосвященников, Крестителя и Евангелиста Иоанна, но теперь в иконостасе уцелели только поддерживавшие их консоли.
 
На створах Царских врат исполнено сквозной резьбой Благовещение, а выше его помещены Св. Дух в виде голубя, изображение южнорусского храма и распятие, осененное балдахином, который увенчан короной (рис. 543). В других местах иконостаса, например, над диаконскими вратами, тоже виднеются короны, этот излюбленный мотив орнаментики церковного искусства в Польше. Да и вообще характер иконостаса Покровской церкви типичен для западноевропейского искусства и вследствие этого совершенно не отвечает спокойному духу убранства православных храмов, чуждому в допетровской центральной и северной Руси крикливо-театральных эффектов, стремление к которым создало такие совершенно не церковные, жеманно-сценические позы, какая, например, придана фигуре Бога-Отца. Это искусство зародилось не в глубине народных масс нашего юга; его пропагандировали высшие слои общества, ценившие его, как бесспорно высокое искусство, и передавшие его в центральную Русь и на Север, но простой народ подобные иконостасы только поражали, не давая ему того молитвенного настроения, какое вызывали в нем более спокойные иконостасы прежнего времени.
 
Рис. 541 - 542. Иконостас церкви в Ромнах. Фото Н. Макаренко. Детали и внутренняя отделка южнорусских церквей. Иконостасы. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский
Рис. 541 - 542. Иконостас церкви в Ромнах. Фото Н. Макаренко
Рис. 543. Иконостас церкви в Ромнаэс. Фото Н. Макаренко. Детали и внутренняя отделка южнорусских церквей. Иконостасы. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский
Рис. 543. Иконостас церкви в Ромнаэс. Фото Н. Макаренко
Рис. 544 - 545. Детали и внутренняя отделка южнорусских церквей. Иконостасы. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский
Рис. 544. Иконостас церкви в селе Очеретне. По В. Щербакивскому Рис. 545. Царские врата. По В. Щербакивскому
Рис. 546. Царские врата. По Г. Павлуцкому. Детали и внутренняя отделка южнорусских церквей. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский Рис. 547. Царские врата. По Г. Павлуцкому. Детали и внутренняя отделка южнорусских церквей. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский
Рис. 546 - 547. Царские врата. По Г. Павлуцкому
Рис. 548 - 549. Детали и внутренняя отделка южнорусских церквей. Иконостасы. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский
Рис. 548. Иконостас церкви села Иваницы. По В. Щербакивскому Рис. 549. Иконостас церкви в селе Печановке. По Г. Павлуцкому
 
К произведениям такого же характера, типичного для церковного искусства Юга в XVIII в., относится также богатый иконостас 1733 г., находящийся в церкви села Очеретни (Липовецкого уезда, Киевской губернии); в нем почти совершенно отсутствуют горизонтальные линии, так как ярусы икон расположены уступами, поднимающимися к середине, причем иконы заключены в рамки всевозможных форм, которые то соприкасаются одна с другой, то отделены причудливыми резными колонками, то, наконец, соединены в группы, окаймленные общими венками (рис. 544). Что же касается самой резьбы, то она отличается здесь изумительным мастерством и художественностью: все эти цветы, грозди винограда, листья акантов и соединяющие их стебли образуют сложное плетение великолепного рисунка и кажутся живыми, а не вырезанными из дерева (рис. 545). Конечно, нельзя сказать, чтобы подобная высоко художественная работа была рядовым явлением в малороссийских иконостасах; чаще встречаются Царские врата, исполненные с меньшим вкусом и с меньшим пониманием пропорций орнамента. К таким памятникам относятся Царские врата церкви в селе Камне (Новоградволынского уезда, Волынской губернии) (рис. 546) и, в особенности, Царские врата, хранящиеся в колокольне Троицкой церкви местечка Зиньков (Летичевского уезда, Подольской губернии) (рис. 547). Если резьба первых из них, с технической точки зрения, исполнена очень хорошо, то общая композиция тяжела для стиля Рококо, несмотря на то, что некоторые детали излишне мелки. Вторые же врата грубоваты как по рисунку, так и по технике исполнения; особенно неприятны фигуры апостолов, Богоматери и Архангела Гавриила, наполовину ушедшие в чашечки грузных цветов.
 
Гораздо меньшим богатством, по сравнению с иконостасом церкви в Очеретне, отличается иконостас церкви села Иваницы (Прилукского уезда, Полтавской губернии), хотя по общей их композиции оба эти иконостаса довольно близки друг к другу Существенной чертой отличия является килевидный верх последнего, но обрамления икон здесь так же разнообразны по форме, как и в первом примере, и так же расположены уступами, восходящими к середине иконостаса. Что же касается орнаментации, то она богата только на Царских вратах, а в верхних ярусах она разбросана только кое-где и оставляет много гладких мест (рис. 548).
 
Еще более скромным в отношении орнаментации представляется иконостас церкви в селе Печановке (Новоградволынского уезда, Волынской губернии).
 
Иконостас этот был обновлен в 1864 г., но, по-видимому, не утерял при этом своего первоначального вида. Его отличительную черту составляют боковые части, начинающиеся от северных и южных врат и имеющие в плане не прямоугольную форму, а закругленную. Несмотря на отсутствие чистоты стиля, иконостас Печановской церкви производит очень приятное впечатление своими спокойными формами и выдержанностью пропорций; не вполне вяжутся только с общим характером грубо исполненные и раскрашенные фигуры коленопреклоненных ангелов, помещенные на волютах нижней части рамы, окаймляющей верхнюю икону (рис. 549).
 
На этом мы вынуждены закончить наш краткий обзор внутреннего вида южнорусских церквей, так как события настоящего времени лишили нас возможности получить фотографический материал, необходимый для уяснения описания внутренней отделки и иконостасов церквей Прикарпатской Руси.
 
 

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос задается для проверки того, не является ли обратная сторона программой-роботом (для предотвращения попыток автоматической регистрации).